Научно-исследовательское судно
"Космонавт Георгий Добровольский"

Сайт ветеранов флота космической службы

Часть 1-я >>


 

А.Сычёв. Дневник 1-го рейса НИС КГД. Часть 2-я

2 января 1979 г.

"3 часа ночи. Не спится. Через час всё равно на вахту, так что засыпать уже никчему.

Значит, встретил я и в море Новый год. А вернее, в Индийском океане. Было очень весело. Даже без женского полу. Это, наверное, самая весёлая встреча Нового года у меня. Народ выплеснул все эмоции, которые у него накопились. Были чудесно накрыты столы, много фруктов, овощей, что у нас дома в это время года, вообще-то, дефицит. Были арбузы, ананасы, мандарины, яблоки, лимоны, огурцы-помидоры, осетрина и пр. Ну и по бутылке "Цинандали" на брата. Ещё перед каждым стояли красивые открытки с поздравлениями и радиограммами. Спортзал наш буквально преобразился, оформители постарались. Вначале был интересный момент: Флора Ивановна опоздала и, когда она спускалась по трапу, ансамбль сыграл туш, это всех сразу развеселило. Сначала проводили старый год, помянули его добрым словом за то, что собрал нас здесь на этом космическом пароходе. Потом прослушали по радио поздравление советскому народу, правда, почти ничего было не разобрать, но бой курантов услышали и грянуло наше дружное "Ура". Потом был концерт. Танцевали, наши женщины были, конечно, нарасхват. Награждали лучших спортсменов и даже лучшего болельщика, в конкуренции с боцманом им был признан Витя Волков. Его кричалка "Боцман, зашнуривай!" прошла на ура. Потом были всякие конкурсы. В конкурсе столов на лучшую песню победил стол экипажа, они спели "Капитан, капитан, улыбнитесь", правда, им подпевал весь зал. Потом ещё были всякие призы, лучшему танцору и т.п. И даже мне подарили открытку голографическую, сам не знаю за что. Говорят за то, что сидел тихо и не рыпался. Снегурочка была просто неотразима, её буквально зацеловали, когда она вручала призы. Дед Мороз смешил народ до коликов в животе. Часа в 3 разошлись по каютам и продолжили. Меня закинули на мою верхнюю койку часов в 6 утра. Утром не смогли разбудить меня на вахту. Проснулся в 12 часов, продрал глаза и в рубку. Сидел, мучился до вечернего чая. Тишина, судно как вымерло.

Вообщем, было здорово!

Отдельного описания заслуживает новогодняя газета нашего отдела. Во весь лист огромный Дед Мороз на Кергелене. Он перевернул мешок над нашим пароходом и на палубу сыпятся подарки и среди них сундук, из которого выглядывает голова Котова. На каждого - шаржи. Илья Никитич изображён Дядькой-Черномором, во главе своей дружины выходит из воды. На самом верху на поднятой руке Деда Мороза стоит Кузькин и держит вымпел за 1-е место. На левом плече стоит Бычков - Наполеон, скрестив руки. Травкин - балерина, катается по льдине на коньках. Саша Тихомиров стоит на мачте в наушниках и машет руками. Серёга Ладный ёжиком нарисован, яблоки накалывает на себя. Лёша Бондаренко спит на чемоданах. Шура Гольнев сделан под Хлестакова, Женька Фёдоров - на маленькой льдине со спиннингом, свесив ноги в воду. Я на антенной палубе в наушниках балдею со своей "Нанаолой". Горный - Чапаев в бурке со своей фирменной неотразимой улыбкой. Володя Богачёв - во фраке со скрипкой и молотком, а Пуцилло на него пальцем показывает. Юра Финенко, обмотанный фотоплёнкой, распят на кресте. Наташа пляшет с платочком и поёт "Люли, люли Аврора", а Толик Ростовцев наяривает на гармошке. Закиров в чалме, скрестив ноги, играет на дудочке. Их начальник корчится в предсмертной агонии, его поразили молнии из глаз Саши Клявлина, который изображён на иконе, а икона в руках Андрея Иванова в одежде епископа. Розум на баке в форме красноармейца, спрашивает "Ты записался в рационализаторы?" Стас Ежов стоит на левой руке Деда Мороза с собственным бюстом с гирями в руках. А редколлегия удирает на шлюпке.

Сейчас стоим в 27-ми милях от Маврикия, уже видны горы. Завтра увольнения у нас не будет, у них 2-го - праздничный день. Значит, будем стоять два дня, 3-го и 4-го."

 

5 января.

"Вот и ещё в одном уголке Земли побывали. Это действительно уголок, на карте не сразу заметишь этот островок. Длина - 63, ширина - 47 км. Когда мы 2-го числа подходили к нему, поразила красота острова с моря. Вначале были видны только горы в дымке. Потом очертания вершин начали вырисовываться чётче и стало видно, что горы почему-то (вернее, их склоны) расчерчены на неправильные прямоугольники. Я до сих пор не понял, что это - участки земли или ещё что. У подножия - город, он вытянулся вдоль побережья и, обходя горы, поднимается на плато. Всё тут в миниатюре. И остров весь перед тобой: посмотришь налево - виден край земли, направо посмотришь - то же самое. И город, как на ладони, и горная гряда видна, а по обе стороны от ней - равнина. Растительности больше, чем в Пальмасе, но меньше, чем в Сингапуре. Там окрестные островки буквально все в зелени. Здесь же видна и открытая местность и группы деревьев. С моря остров смотрится намного красивее, чем всё ранее виданное. Как-то необычно он встаёт среди океана. До этого месту нашего захода предшествовало множество мелких островков, а этот стоит один. Что же оказалось при ближайшем рассмотрении? 2-го мы стали на внешний рейд. Утром рано 3-го пришли на внутренний. На причал не надеялись. Долго не было лоцмана, в 10 утра он, наконец, появился. Неожиданно нас поставили к причалу (топливному). Стояли почти до конца, только сегодня утром мы отчалили и стали снова на рейд. В увольнение отпустили только после обеда. Разговоры о чёрной таможне оказались ерундой. И бороды ребята зря сбривали. Даже пропусков на этот раз никаких не было у нас.

Под присмотром двух ЗНЭ. Г.Ткаченко, А.Прокофьев и А.Сычёв
Под присмотром двух ЗНЭ.
Г.Ткаченко, А.Прокофьев
и А.Сычёв

Город вначале показался свинарником. По улицам кучи мусора, грязь, ребята даже крыс видели. Прошвырнулись по магазинам по советской привычке, хоть и денег не было почти. Дорого, даже вымпел не по карману. Купили открытки, попили пива, кока-колы. Много нищих на улице, тянут руки, просят рупию. Многие валяются на земле, то ли пьяные, то ли наркоманы, то ли от голода. Народ самый разный: и белые, и чёрные, и узкоглазые и смесь всякая. Есть красивые женщины, многие в индийских сари. Посидели в каком-то интерклубе: во дворике музыка играет - автомат с записями, бар. Спиртное дорогое. И кто это только говорил, что на Маврикии самые дешёвые спиртные напитки. Вдруг совсем рядом запел мулла. Похоже на то, что это была магнитофонная запись. Когда шли на судно, чуть свернули с улиц города и вот мы уже в деревне, кажется. Тропинка вьётся, трава, птички поют. Деревья цветут красивыми цветами, которые не всегда хорошо пахнут.

Вечером наш консул кое-что рассказал нам об истории Маврикия, о экономике, политике, здравоохранении, культуре и т.п. Писем не получили, не дошли ещё.

Да, ещё были в музее, вход бесплатный. Там всякие чучела рыб, животных, есть даже чучела акул и китов, видел чучело птицы додо. Ещё всякие кораллы, ракушки, морские звёзды и т.п.

На следующий день некоторые ребята отказались идти в увольнение, а я с удовольствием погулял ещё. И не зря. Город прямо не узнать. Оживилась торговля. И вообще, мы до этого не были на центральной улице. Там более-менее чисто. Есть люди, говорящие по-русски, один на чистом русском просил рупь. Движение здесь, как и в Сингапуре, левостороннее и довольно плотное. Видел мула на улице в упряжке. В книжном магазине есть книги Мао и Сталина.

Сегодня после обеда мы покинули этот остров и держим курс на юг. Объявили штормовое предупреждение. Сейчас качает, но пока не сильно. Ребята набрали в Порт-Луи пиротехники и устроили салют во время отхода. Увезли с собой на пароходе мух маврикийских. Да и тараканы, небось, всё-таки нашли дорогу к пароходу, как доктор ни старался их не пустить. А здоровые тараканищи и бегают быстро. Надо было наловить их и устроить старинную русскую забаву - тараканьи бега."

 

8 января.


Уже идём в 30-х широтах. Попрохладнело, сегодня было всего 20 градусов. Но я всё-таки утром искупался в бассейне. Появились альбатросы. Красивые птицы, особенно когда они парят низко над водой. Некоторые, на мой взгляд, достигают 2-х метров в размахе. Интересно наблюдать за ними. А наш шеф, хоть у него уже 11-й рейс, тоже впервые видит альбатросов. Море, конечно, не такое, как раньше, по коридору так просто не пройдёшь, приходиться хвататься за поручни. И это ещё сегодня ясная погода. Очень красивы волны при ясной погоде, катятся такие голубые валы, не тёмно-свинцовые, как обычно.

Завтра должны придти в сопряжённую точку. Как нам объяснил Юрий Константинович, их эксперимент состоит в том, чтобы определить, как будут распространяться радиоволны в естественном волноводе "Земля-ионосфера" вдоль магнитных силовых линий Земли. В случае успеха, можно создать такой канал радиосвязи, при котором можно слышать корреспондента только в данной точке, а рядом посторонний ничего не сможет принять. И качество приёма должно быть высоким. Ну что ж, удачи им, нашим измирановцам!"

 

9 января.

"Удача и нам не помешает в этих 40-х. Как и ожидалось, встретили они нас неприветливо. Кажется, начинается наш рейс по-настоящему. До этого была просто прогулка на белоснежном теплоходе. Ещё ночью начало штормить. В обед море уже было 7 баллов, а ветер - 8. Сейчас баллов 8-9. Нас уже бросает, как хочет. Забрызгивает до мостика. С одной стороны, красиво, но лучше бы на эти волны смотреть откуда-нибудь со стороны, а не из центра событий. Мы уже находимся в злосчастной сопряжённой точке, ходим галсами. Иногда наш пароход сотрясается крупной дрожью. Это, когда поднимается винт из воды и с воздуха ударяет об воду лопастями. Всё задраено, никуда не выйти. Ну и жизнь пошла! В столовой едим на мокрых простынях. Обещают ураган. Ну, что ж, будем посмотреть. Народ пока держится молодцом, хоть и большая часть - салаги, как и я. Только в иллюминаторы побольше, чем старики, смотрим."

 

10 января.

"Сегодня волны и ветер поутихли. Но, всё равно, качает прилично. Как сказал начальник экспедиции, лучше здесь погоды не бывает (он здесь раньше бывал два месяца в этих широтах). Две недели как-нибудь перекантуемся. А на Маврикии сейчас тепло. У нас же 15 градусов всего. И на палубу не выйдешь. Ходим взад-вперёд. Вчера от урагана мы убежали, просто повернули на север. Сейчас опять в точке. Убежим ли в следующий раз? Что-то опять корму подбрасывает, аж грохот по всему пароходу. Очень хочется спать."

 

14 января.

"Последние дни стоит тихая погода. Дрейфуем. Но, океан всё-таки волнуется. Сегодня воскресенье. Утро. Туман. С утра какое-то непонятное настроение. Влияют на психику эти 40-е. Скорее бы на Маврикий, хоть душу отвести. Там будут экскурсии на этот раз. Альбатросы и ещё эти чёрные птицы, которых народ зовёт буревестниками, по-прежнему стаями летают вокруг. Если посмотреть вблизи на альбатроса, то он оказывается по размеру ничуть не меньше хорошо упитанного домашнего гуся. Ну а крылья у него подлиннее будут, только поуже. Как только выбросят с камбуза отходы, так они налетают сразу. Кричат почти как гуси.

Температура держится около 15-ти градусов. Сегодня исполняется три месяца нашего рейса."

 

18 января.

"Уже несколько дней стоит тихая погода. Прохладно. Наше существование скрашивают птицы, которые всё так же стаями летают вокруг. Особенно интересно их кормить. Больше всего им нравится килька пряного посола. Смешные они, эти альбатросы, совсем как домашние гуси. Умора, когда они садятся на воду, выпустив "шасси", тяжело плюхаются. Или взлетают, разбегаясь по воде. "Буревестники" хорошо ныряют. Когда отходы выбрасывают, на поверхности им не дают альбатросы, отгоняют. Тогда они ныряют за тонущим кормом, который не успели схватить альбатросы.

Работаем уже неделю, приходится вставать ночью. Слушаем Горький и Архангельск. Оказывается, сложно поймать этот магнитосферный сигнал. Уже 10 лет его ловят и безрезультатно. Со стороны кажется - детские игрушки, стоит ли гнать корабль за тридевять земель, чтобы послушать, как работает какой-то передатчик в Нижнем Новгороде. Наверное, стоит..."

 

24 января.

"Второй день нас болтает. Сегодня было самое сильное волнение моря за весь рейс. Море 9 баллов, а ветер достигал 12-ти. Иногда волна так бьёт в борт, что корпус весь гудит и пароход трясётся, как в лихорадке. Смешно смотреть на людей, которые идут по коридору под углом градусов в 70. А вообще, всё это совсем не смешно. Тем более, что ещё неделю здесь торчать, а ведь собирались завтра брать курс на Порт-Луи. Уже 102-е суток бороздим моря-океаны. Начинает надоедать. Особенно это почувствовалось в этих 40-х. Ни тебе искупаться-, ни на палубу выйти. И в спортзале при такой качке не погоняешь. Остаётся спать, работать и есть. И ждать захода. А заход намечается на 6-10 февраля. Может письма получу.

Да, покачивает сейчас недурно, амплитудка однако."

 

31 января.

"Несколько дней постояла тихая погода и вот опять раскачало под вечер. А сейчас, ночью, бросает, как в 40-х, хотя мы уже в 30-х. Идём в Порт-Луи. Встречали нас 40-е штормом и провожают им же. Надоела нам эта точка 42-62. Не спится уже по ночам, почти каждый вечер гоняем чаи до двух-трёх часов ночи. Вот и писать даже лень, уже не тот завод."

 

2 февраля.

"Наконец-то опять приехали в лето. Можно загорать, купаться. До Порт-Луи осталось двое суток."

 

3 февраля.

"Двое суток до Порт-Луи было ночью 2-го февраля. А сейчас, ночью 3-го февраля, до него осталось не более двухсот миль. Вот когда я по-настоящему соскучился по земле. Хочется походить, услышать земные звуки и вдохнуть запахи. Спать не хочется совсем. Вот до половины первого играл в морской бильярд. Интересная игра, но, без определённых навыков хотя бы одной пары противников, практически бесконечная. Сколько же игр придумали моряки от нечего делать. Есть ещё "шиш-беш", а ещё есть "догони-догони", она же "иди сюда" или "мандавошка". Вчера не выдержал и с больной ногой сыграл в футбол. И ничего, наоборот, легче стало. В Порт-Луи, может быть, организуют международный матч. А наши артисты поедут выступать в посольство. Группа ныряльщиков готовится к заготовке кораллов."

 

7 февраля.

"Вот тебе и Порт-Луи. Четвёртые сутки кукуем здесь вокруг да около. Штормит, порт не принимает. А циклоны идут один за другим и улучшения погоды не предвидится. И кораллов наловили, и в посольство съездили, и на экскурсии, и матчи международные... Всё накрывается медным тазом. Хоть бы на один день зайти да письма получить."

 

9 февраля.

"По-прежнему кукуем у берегов Маврикия. Погода, вроде бы, успокоилась здесь у нас, хотя в сотне миль от нас циклоны ещё зверствуют. Но порт не принимает, много судов накопилось за время штормов. Как всё надоело, ничего не хочется делать!"

 

11 февраля.

"Наконец-то вчера нас пустили на берег. 9-го, самовольно, капитан привёл судно на внешний рейд. До вечера постояли, порт не отвечал, потом, наконец, к вечеру подошёл лоцман, подвели поближе, погоняли с места на место и встали на том же внешнем рейде. А утром вчера я уже попал на берег. Одна группа - на экскурсию, другая - добытчики кораллов, а мы прошлись по городу. Шлюпки свои не спускали, только за кораллами, а на берег ездим на катерах. Местные власти попросили воспользоваться услугами, потому что надо давать работу безработным, которых здесь более, чем достаточно. Впечатления от Порт-Луи те же, что и в прошлый раз. Хотели сходить в кино, но сеанс был только в 14.00, а нам в 13.00 надо уже на судно. Так,поболтались и всё.

Но нам повезло. Мы попали на какой-то изуверский праздник, который бывает здесь у индусов раз в три года. Вначале ничего не поняли. Проехала какая-то машина с громкоговорителями, из них лилась медленная грустная индийская музыка. На машине стояла огромная икона, украшенная зеленью. Мы подумали, что это свадьба. Но через несколько минут показалось какое-то шествие, постепенно оно заполонило всю улицу. Шли только индусы в своих национальных одеждах, некоторые из них только в набедренных повязках и раскрашены краской. И все несли что-то похожее на венки своеобразной формы. Вначале показалось, что кое-кто в зубах держит какие-то длинные иголки или булавки с цепочками. Но потом присмотрелись и ужаснулись. Оказывается, этими иголками у них проткнуты языки. И ещё у них по всей коже серебряные и золотые иголки, булавки и крючки воткнуты прямо в тело. И вот они плетутся с отрешёнными лицами, играет жалобная музыка. Время от времени этих мучеников поливают какой-то розовой водицей. Некоторые еле идут, шатаются. А один шёл по гвоздям, у него на ногах деревянные тапочки с гвоздями вовнутрь. Причём, никаких следов крови. Но потом он, видно, устал и тапочки с него сняли. У детей тоже проколоты языки, только у них, в основном, рот завязан красной тряпкой. Вообщем, зрелище ужасное. И такие шествия были по всему острову. Ребята, которые были в этот день на экскурсии, видели обряд, когда прокалывали язык. Всё это под звуки барабанов. Этот бедняга входит в экстаз, падает на колени, его накрывают покрывалом и специальный человек втыкает эту булавку. Жутковато это видеть в наш двадцатый век.

А сегодня я на вахте торчу. Весь пароход уже пропах запахом кораллов и хлорки. Кораллы добывают спецбригады добровольцев здесь же поблизости на рифах. Нырять неглубоко, метр, полметра даже глубина есть. Короче, открыли массовое производство кораллов, целый день моем их, отмачиваем в хлорке и опять моем.

Сейчас к нам в гости приехали сотрудники нашего посольства, человек 20 с жёнами и детьми. После обеда наши артисты и волейболисты поедут с ответным визитом.

Завтра я должен ехать на экскурсию. Говорят, очень интересно, особенно ботанический сад."

 

14 февраля.

Отмываем кораллы. В.Дудкин и В.Прощенко
В ботаническом саду Памплемус

"Надолго нам запомнится этот порт захода. И после этого нам говорят, что мы отдыхаем в порту. Кораллы уже все проклинают, ловят их, ловят, добывают тоннами, а им всё мало и мало. Все пообгорели, руки в ссадинах, на пароходе стоит невообразимая вонь. Хорошо, что я из-за моей слабой плавучести, почти не имею дела с этими кораллами. Зато на вахту - через день на ремень. Этот порт для меня - порт вахт. И сегодня опять с утра на вахте. Но это всё-таки лучше, чем мыть кораллы.

12-го был на экскурсии. Это был один из лучших дней рейса. Сначала поехали в ботанический сад. Очень красиво. Буйная тропическая растительность, пруды с лотосами и рыбками. В загонах черепахи в грязи копошатся. Из животных ещё есть олени. Довольно чистенько, убирают постоянно, подметают симпатичные индуски. Они никак не хотели с нами фотографироваться, смущались, прикрывали лицо руками. Потом поехали на пляж. По обе стороны от дороги, в основном, растёт сахарный тростник. Видели чайную плантацию. Остановились, сфотографировали женщин, стирающихся в ручье. На пляже было чудесно. Позагорали, покупались в Индийском океане, походили босиком. Я лёг на песок, закрыл глаза и стало вдруг хорошо, как у Христа за пазухой. Ветерок обдувает, шум прибоя, голубое небо над головой, под тобой не железная палуба, а настоящая земля. Потом пообедали по-походному, угостили троих местных мальчишек. Подъехала на машине группа женщин-индусок, одна белая, маленькие дети. Сфотографировались с ними, даже по этому поводу надели штаны. Я подарил маленькой девчушке куклу, которую таскал с собой уже 4 месяца.

После пляжа поехали в город Курепипе. Там основное население французы и он ни в какое сравнение не идёт с Порт-Луи. Это какой-то Париж в миниатюре. Аккуратные, красивые одно -двухэтажные домики, у каждого домика площадка для игр. Ни пылинки ни соринки. Даже Эйфелева башня есть в миниатюре. А торговая улица просто блеск. По крайней мере, до этого я ничего подобного не видел. Есть большой шикарный универсальный магазин. Правда, цены кусаются. Но не о них речь. Настолько это всё красиво.

Потом заехали посмотреть кратер потухшего вулкана. Это такая огромная яма, заросшая зеленью. По пути домой остановились у водопада, есть и это у них здесь в миниатюре. Остров очень красив."

 

16 февраля.

"Второй день болтаемся около всё того же острова Маврикий. Вышли из порта 14-го после обеда. Писем так и не дождались. И вот стоим, ждём неизвестно чего. Правда, сейчас, после обеда куда-то пошли, а куда - неизвестно. Опять что-то в Москве мудрят, поговаривают, что отправят домой. Это не очень здорово. Настроились ведь на середину мая. Сегодня уже должны были быть в точке. Но идём мы сейчас совсем не туда."

 

20 февраля.

"Опять начали засиживаться по ночам. Рейс двигает к концу. Осталось 2 - 2,5 месяца. По последним данным работаем до 10 марта, потом, вероятно, опять на Маврикий и домой. Никакого Сингапура, в связи с последними событиями в Индокитае, нам не видать. Сейчас идём в точку, находимся где-то в начале 30-х широт. Погода более-менее, балла 4-5."

 

22 февраля.

"Сегодня, то есть вчера, так как сейчас ночь, опять новости. Возможно, пойдём в Сингапур. Во всяком случае, сегодня мы дошли до точки, развернулись и пошли на северо-восток. Дело в том, что у измирановцев сместились сроки работы, спутник начнёт работать с 10 по 26 марта. А у нас топлива только до 12-го. Так что, возможен вариант, что мы пойдём в Сингапур, возьмём топливо и вернёмся сюда."

 

23 февраля.

"Как подарок к празднику у нас хороший штормяга, баллов 9-10. Время от времени наш белоснежный лайнер содрогается от ударов волн и после этого слышен плеск скатывающейся с палубы воды. Вчера изменили курс и пошли на север, вероятно, из-за погодных условий."

 

25 февраля.

"Продолжаем пока идти на северо-восток. Может что из этого и выйдет, не знаю. Погода нормальная, с утра всего 4 балла. Правда, солнца нет. Сегодня воскресенье, хотел с утра позагорать, давно не принимал ультрафиолет. Посмотрел в иллюминатор и опять - спать."

 

27 февраля.

"По-прежнему идём не зная куда. Разрешения на заход до сих пор нет и неизвестно будет ли вообще. А мы уже на пол-пути от Сингапура. Возможно, нас повернут домой. Но тогда мы вряд ли дойдём до Пальмаса на оставшемся топливе. А ближе нигде такого топлива нет. Погода нормальная, солнечно. Но дует хороший ровный пассат. На судне началась спартакиада. Но уже такого интереса, как в начале рейса, она что-то не привлекает."

 

28 февраля.

"Сегодня после обеда развернулись на 180 градусов и дуем обратно. Прокатились. Вероятно, будем работать до 13-го марта и домой. Сингапур накрылся медным тазом. Только вот, где же нас собираются заправлять? Очень интересно получается."

 

5 марта.

"Пятые сутки идём на юго-запад. Всё время штормило, а сегодня на редкость тихая безоблачная погода. Полный штиль почти. Что интересно, на суше летом, обычно, с утра небо ясное, а к полудню его начинает заволакивать облаками. А в море, наоборот, утром облака, а часа через два-три после восхода небо часто проясняется.

Утром сменился с вахты, спать не стал ложиться, а пошёл загорать на палубу, там и вздремнул заодно. Появились пернатые друзья. Как только мы переваливаем 30-ый градус, так они тут как тут, летят за кормой и летят. Сегодня пока только одиночки, а завтра будут стаями летать вокруг. Ещё тепло, сегодня +25. Вчера впервые проголосовали в океане. За нерушимый блок. Никаких эмоций, как всегда. Последнее время одолевает бессонница, наверное, пора домой. А как же люди по 11 месяцев плавают? Ведь это же ещё столько, сколько сейчас у нас за плечами + ещё месяц.

После 13-го марта, вероятно, пойдём на Маврикий. Это почти точно. Дальше нам идти некуда. Топливо, и то и другое на исходе. Вчера прочитал две книжонки про Сингапур и Маврикий. Приукрашивают эти журналисты, как всегда. Ещё вчера примечательное событие было - видели судно, огромный танкер. Обогнал нас, идёт, видимо, в Кейптаун или дальше вокруг Африки. В отличие от выборов, вызвал кое-какие эмоции, ведь мы не видели себе подобных со времени выхода из Порт-Луи. Последний пароход, который мы видели, был наш "Льгов", куда передали матроса Родионова. Это было 18 февраля, кажется.

Не забыть бы послать матери радиограмму."

 

9 марта.

"Вот и ещё один праздник "отпраздновали" в Индийском океане, на этот раз в точке 40-юг, 58-восток. Один из самых лучших праздников, а у меня он получился, да и не только у меня, самым грустным. Беден мир без женщин. И это продолжается третий год, почти без перерыва. Ну ничего, будет и на нашей улице праздник. В честь женщин сегодня даже океан притих. Наша "футбольная команда" (их ведь одиннадцать у нас) сегодня цветёт и пахнет. Столько поздравлений им сегодня за день, концерты для них, подарки! Им-то должно быть весело. А тут хоть волком вой. И ни в одном глазу."

 

10 марта.

"Сегодня была чудесная погода. Штиль, ветра почти не было, только крупная зыбь, где-то недалеко был шторм. Воздух - чистый озон! И радуга. Кальмары появились, да такие огромадные, тропические им в подмётки не годятся."

 

15 марта.

"13 марта был последним днём нашей работы в 40-х широтах. Они проводили нас отличной штилевой погодой, как бы говоря нам: "Да ладно ребята, оставайтесь ещё!" В тот же день было официально объявлено по судовой трансляции, что мы идём домой. Особых эмоций это не вызвало, так как все об этом уже знали. 14-го, рано утром, мы двинулись в сторону всё того же Маврикия. Вчера было ровно 5 месяцев рейса, а позавчера ровно 150 дней. Эти знаменательные даты прошли незамеченными.

Сегодня небо заволокло, дождь и, кажется, начинается шторм."

 

17 марта.

"Подошли к Маврикию. На нашем спидометре на сегодняшний день 27049 миль. Делаем второй виток вокруг шарика."

 

21 марта.

"Вечером вышли из Порт-Луи. Сейчас ночь. Впереди несколько тысяч миль до Лас-Пальмаса, а до дома ещё больше. Особых впечатлений от захода нет, в увольнении был только раз и всё бегом. Кстати, местный шипшандлер прилично долдонил по-русски, а в Пальмасе, тот вообще на чистом русском изъяснялся.

Пароход слегка дрожит мелкой дрожью, раньше этого за ним не замечалось, то ли обросли ракушками, то ли топливо не то, то ли машина требует ремонта. Дождь, раскачивает.

До обеда сегодняшнего дня мы прошли 195 миль, средняя скорость довольно приличная, 13,5 узлов. До Лас-Пальмаса осталось 6505 миль, до Ленинграда около 10000 миль, а до дома больше 17-ти тысяч км."

 

26 марта.

"Ночь. Но время от времени становится светло, как днём. Грома нет, а молнии сверкают очень ярко. Мы у южных берегов Африки. Справа по борту у нас ЮАР. За прошедшие пять дней есть изменения в нашем рейсе. Сколько их уже было у нас! На этот раз рейс слегка удлиняется, на пару недель. По пути будет работа в точке 8-юг, 16-запад, на траверзе острова Вознесения. Есть возможность зайти в Африку, в Конго, порт Пуэнт-Нуар. У нас мало воды, рассчитывали только до Пальмаса."

 

27 марта.

"Сегодня в 16 часов пересечём границу двух океанов, то есть пройдём мыс Игольный. А пока с правого борта у нас проплывает Африка. Ещё вчера просматривался берег, а сегодня он уже виден довольно отчётливо. Вчера были на мостике всей оравой. Там много интересного, например, локатор. На его экране здорово виден берег и окрестные суда. До берега было всего 16 миль.

23.45. Проходим мыс Доброй Надежды. Маячок мигает в темноте. Больше ничего примечательного. Днём проходили мыс Игольный, довольно чётко было видно землю. Итак, мы в Атлантическом океане. Где-то справа от нас, в нескольких десятках миль, город для белых Кейптаун. Но наш город на ближайшее время поскромнее, Пуэнт-Нуар. Через неделю будем там, в Конго."

 

29 марта.

"Вот уже двое суток идём в Атлантике. Движемся потихоньку на север. Ветер попутный, завтра уже в тропиках будем. По правому борту Намибия, но её не видно. Наблюдали сегодня маленькое судёнышко. Как же оно в воду зарывалось при пятибалльном волнении! А мы идём, слегка покачиваясь. А вчера видели стаю касаток. Но они быстро отстали от нас."

 

31 марта.

"До Пуэнт-Нуара осталось меньше двух суток хода. Очень хочется на берег. Надоели все эти ночные чаепития. Полчаса назад нашёл на палубе птичку. То ли она выбилась из сил, то ли намокли перья, может ударилась или даже покалечилась, а может всё вместе. Она даже не попыталась взлететь. Сейчас сидит в каюте у нас, на полке, может оклемается. Что-то пароход наш дрожит, эта вибрация утомила уже."

 

5 апреля.

"Сегодня заходим в Пуэнт-Нуар. Встал на завтрак, хотел позагорать и заодно посмотреть как будем подходить к Африке. Но за иллюминатором творилось что-то невообразимое, сплошная стена дождя, ничего не видно. Пароход начал гудеть время от времени. Молнии, грохот. Неласково встретила нас Африка. Сейчас берег уже виден, это приятно. Но, наверное, с увольнением опять пролетаем. Ещё до берега пилить часа два, да пока оформят. Очень тихо идём.

Два дня до этого стояли милях в 70-ти от берега. Была приличная рыбалка, тунцы-мальки и здоровенные корифены. Похоже, в Атлантике с рыбой лучше, чем в Индийском."

 

7 апреля.

"Ну вот и в Африке побывали. Сегодня после обеда уже уходим. Так, особой экзотики здесь не увидел. Город вполне современный. 5-го только в 17.00 нас выпустили на берег. Женщин с "обнажённым торсом" не видели, но они здесь красавицы, если не смотреть на лицо. Причёски у них интересные: у одних рядами, как грядки, у других - десятки косичек, похожих на пружинки, торчат в разные стороны. Детей таскают за спиной. Сувениры: поделки из дерева - чёрного, красного, эбенового и др., слоновой кости (очень дорого), малахита, кожи. К нам население относится нормально, называют "товарищами". Мальчишки попрошайничают, взрослых мужчин не видно. Но, у советских просить деньги - дохлый номер. По окраинам мы не ходили, но и на центральной улице есть жуткие лачуги, просто деревянные загородки какие-то под навесом. И в них живут люди. Видели ночной бар, он уже работал, когда мы возвращались на судно. Две проститутки приставали к Тарзану. Выделяются здесь француженки, держат себя с достоинством, сразу видно - белая женщина.

Вчера взяли два фильма на каком-то иностранном судне, свои-то все уже пересмотрели. Весь вечер их смотрели, фильмы американские, без перевода мало что понятно, но время убили. У нашего трапа на причале всё время стояли несколько торговцев с сувенирами, торговля шла бойко.

Сегодня нас с причала выгнали на рейд. Утром видел много джонок с неграми, гребут одним веслом, стоя на колене. Лодки долблёные, чёрные, как и гребцы. Фотографировать здесь нам запретили, а жаль, тут было что снимать."

 

13 апреля.

"Пришли в точку, а до работы, оказывается, ещё 10 дней. Теперь мы уже в западном полушарии. Недалеко от нас, в Гвинейском заливе, стоит "Волков". А "Беляев" пошёл на Кубу, вчера вышел из Лас-Пальмаса. "Моржовец" уже в Ла-Манше, скоро будет дома. Пора и нам.

А 7-го мы не ушли из Пуэнт-Нуара. Нужно было взять машинное масло и остались ещё на сутки. На следующее утро в порт пришла наша "Эстония", везёт зимовщиков из Антарктиды. Масло взяли у них."

 

14 апреля.

"Сегодня исполнилось полгода со дня выхода в рейс. Так мало и так много. Позади 30 тысяч миль, два океана, десяток морей. Побывали в четырёх странах. Правда, что мы там видели, кроме магазинов. Но если напрячься, можно кое-что вспомнить. В Лас-Пальмасе: дом-музей Колумба, кратер вулкана, пляж, запомнился магазин "Совиспан", "Базар Колон", кругом наши. В Сингапуре: парк Тигрового бальзама, аквариум, ботанический сад, "СинСов", магазины "Николаев", "Чёрное море", "Одесса", "Дальний Восток", "Находка", "Москва", Малай Базар. Маврикий: грязь в Порт-Луи, блеск и чистота в Курепипе, кратер вулкана, пляж(особенно), индусский праздник, красота острова с океана, кораллы(долбанные). Конго: красивые негритянки, маски и всевозможные фигурки из дерева. Были ещё самолёты-вертолёты над головой в Северном море, Ла-Манше и Средиземке, авианосец, Суэц, 40-е с птичками и штормами, жаркое солнце и пронизывающий ветер, красивые восходы и закаты, безбрежный океан и долгожданный берег. Вообщем, кое-что всё-таки было. Но сейчас больше всего хочется домой. Устал от впечатлений, восприятие притупилось. Пора к дому. На первый раз хватит."

 

22 апреля.

"Вторая неделя уже идёт, как мы дрейфуем у острова Вознесения. За сутки нас относит на 40-50 миль на запад или северо-запад, потому что ветер восточный. Здесь довольно-таки интересная рыбалка. Правда, надоело всё это, и акулы и рыба. Но сейчас появился новый вид рыбалки - ловля сеткой. Интересные рыбы-шары, прямо настоящие ёжики, летучек Женька наловил. Есть голубые акулы, медузы-парусники, португальские кораблики называются.

Работа состоится 25-го ночью. Если всё пройдёт нормально, наверное, можно спокойно двинуть домой."

 

25 апреля.

"День нашего боевого крещения. Первая штатная работа в этом рейсе. Получается, 7 месяцев рейса - 7 минут работы. Отработали на "отлично". У меня даже внештатная ситуация была, но всё обошлось. Немного был, конечно, мандраж. Особенно, когда несколько раз теряли сигнал. Но в итоге всё хорошо закончилось. Получена радиограмма из Центра: "За работу "отлично", следуйте в Лас-Пальмас". Присутствующие в этот момент в лаборатории № 7 кричали "Ура!" и в воздух чепчики бросали.

Сейчас седьмой час утра. Пока стоим. Но путь на север открыт и надо бы уже потихонечку трогать."

 

29 апреля.

"Вот времена пошли, уже второй день отдыхаем. И так до 10-го мая. Встречаемся с "Волковым" завтра. Оттуда к нам должен перейти новый начальник отдела. Последнее время шли ночью, а днём стояли, так как есть запас времени, а нужно красить судно. Вот и сейчас мы стоим. Животный мир за бортом довольно разнообразен. Кашалот подходил прямо к форштевню. Вчера стая акул штук 30 подходила.

В Пальмас заходим 4-го. В Таллине должны быть 17-го вечером. Начальство волнуется - приедет комиссия из ГУКОСа. Ну а нам все эти их треволнения до фонаря. Отпуск у меня с 25-го мая, потом в Ленинград в конце июня, в июле опять домой."

 

30 апреля.

"Встречались с "Волковым". Начальство, которое ездило туда, как обычно, нажралось. Взяли 11 фильмов, нового начальника отдела, беременную буфетчицу.

Сегодня приходила большая стая дельфинов. Погода что-то испортилась. Даже холодно, хотя мы ещё в тропиках."

 

2 мая.

"О том, как прошёл праздник 1 Мая, писать не буду. И так ясно. Ну, всё-таки немного напишу. Утром встали, позавтракали и пошли на подъём флага. Подъём этот прошёл блекло и не очень торжественно. Потом раздали грамоты Нептуна и разошлись по каютам. Многие вылезли загорать, но быстро свинтили. Северный ветер, это не какой-нибудь пассат. Но я мужественно дотерпел до обеда.

Сегодня же у нас юбилей - 200 дней рейса, цифра внушительная. Хочется оглянуться назад. Мы завершаем свой обход вокруг Африки и уже можно подвести итог, где были, что видели. Нового уже ничего не будет. Сегодня проходим северный тропик и до Лас-Пальмаса останется меньше суток пути.


Карта 1-го рейса НИС "Космонавт
Георгий Добровольский"

Значит так. За 200 дней рейса мы были в двух океанах - Атлантическом и Индийском, четырёх морях: Балтийском, Северном, Средиземном и Красном, трёх заливах - Финском, Бискайском и Аденском. Прошли проливами: Большой Бельт, Каттегат, Скагеррак, Па-де-Кале, Ла-Манш, Гибралтарский, Тунисский, Баб-эль-Мандебский, Грейт Чаннел, Малаккский, Сингапурский. Кроме этого, прошли по Суэцкому каналу, краешком захватили Аравийское, Андаманское и Южно-Китайское море (которое, между прочим, относится к бассейну Тихого океана). Проходили вблизи островов: Готланд, Борнхольм, Анхольт, Лесё, Мадейра, Мальта, Пантеллерия (встреча с "Гагариным"), Перим (судно, выброшенное на берег), Реюньон, Вознесения. Огибали мыс Скаген, Гвардафул, Игольный, Доброй Надежды. Заходили на Канарские острова (Лас-Пальмас), на остров Маврикий (Порт-Луи, Курепипе), в Юго-Восточную Азию (Сингапур), в Конго (Пуэнт-Нуар)."

 

9 мая.

"Вчера после полуночи вышли из Лас-Пальмаса. Сейчас уже где-то на траверзе Гибралтара. Идём медленно, 12 узлов. Сильный ветер навстречу. О Пальмасе писать не хочется. Кроме лавок и магазинов ничего не видел. Запомнился только приход "Комарова". Ещё двух человек повезём домой.

На сегодняшний день на 12 часов дня с начала рейса мы проделали путь в 34 818,5 миль. Внушительная цифра. Пока сравнительно тепло, днём градусов 20, но ветер и, поэтому, на палубу не очень вылезешь. Но сейчас ветер, кажется, стих. Качки не чувствуется.

Завтра, впервые в этом месяце, выходим на работу. Ещё немного поднатужимся и дома будем отдыхать от всего этого."

 

15 мая.

"0 часов 30 минут. Как и 7 месяцев назад, проходим мыс Скаген. Только тогда мы его проходили днём. До Таллина осталось около 800 миль. На спидометре у нас уже более 36 000 миль. Бискай опять прошли - тишь да гладь. Зато в Ла-Манше - туман, хоть глаза выколи, шли медленно, почти двое суток. Сейчас уже выходим в воды Балтики."

 

Всё. Больше в этом рейсе я записей не делал.


 

Часть 1-я >>

См. также фотоальбом А. Сычёва >>